Интервью с художественным руководителем Московского драматического театра «Постскриптум», педагогом Сергеем Алексеевичем Афанасьевым.

Чем могут быть полезны для ребёнка занятия в театральной студии?

Основной вопрос театральной педагогики – как быть живым, простым и естественным в неестественных условиях сцены? Проще всего «научить» студийцев театральным штампам: любовь играется вот так, а так ненависть, так гордость, а так страх и т.д.  Основная задача занятий в студии, не сделать «актёра» любой ценой, а обучить основам актёрского мастерства, что в первую очередь, предполагает гармоничное развитие личности во всех смыслах: психическое, нравственное, моральное, физическое.  В результате занятий ребёнок изучает себя, свой внутренний мир и свои физические данные, избавляется от телесных и внутренних зажимов, становится контактнее, осознаёт, что он член коллектива, и добиться чего-либо может только сообща со всеми. Он учится работать в команде и ориентироваться во времени, и в пространстве.  В результате актёрские тренинги и упражнения выводят ребенка на новый уровень духовного и физического развития, ни одна школа дать этого не может. Мы никого не дрессируем и не вгоняет в «рисунок», как порой делают в самодеятельных драматических кружках. Наша задача не поставить спектакль, а комплексно развить человека.

Какой главный принцип программы обучения?

Надо сохранить и развить всё лучшее, что есть в ребёнке и избавить его от того, что мешает в жизни.

Как распределяются дети в группах относительно возраста?

Дошкольники, младшие и средние школьники, подростки. Это очень условное деление, потому что у нас есть старшие школьники, которые прекрасно занимаются во взрослых группах и есть малыши, которые занимаются со школьниками. Возраст – это понятие внутреннее, мы не смотрим в метрику. Группы формируются по возрасту, но, если ребёнку не комфортно, мы ищем другие варианты.

Как построена программа обучения?

Комплексно, соединяя сценическое движение и сценическую речь, актёрское мастерство и пластику. Квинтэссенция всего, это конечно же, актёрское мастерство. С детьми и подростками мы занимаемся только упражнениями, которые проводим через игру. Конечно, всё необходимо чередовать в зависимости от задач. Главное, что мы не позволяем ребёнку уставать! А устаёт он тогда, когда занимается одним и тем же.

Сколько длится курс обучения?

Никаких рамок в этом нет. Календарно занятия длятся 9 месяцев, летом у нас перерыв. Есть определённые показы, например, к Новому году. Но чётких ограничений нет: отзанимавшись год, человек не станет актёром. Мы что-то успели развить в ребёнке, но это надо продолжать развивать и дальше. После первого года обучения никто спектакль не ставит, это только в самодеятельности может быть, где в этом состоит вся задача. Мы же показываем театрализованные упражнения, оформляя их в смотрибельную форму. Важно показать, чему мы научили! Первый год-полтора, демонстрируем упражнения по сценической речи, пластике, как дети работают в коллективе, общаются, избавляются от зажимов. Первые этюды проходят практически без текста, ребёнок же не попугай, он не должен произносить заученный, но малопонятный для него, текст. Слово должно органически родиться. Произнести слов – это самое простое, что может быть на сцене. Спектакль же возникает позже и может быть результатом не одного года обучения.

Есть ли у Вас внутренний критерий, на который ориентируетесь при выборе педагогов?

Безусловно! Мы должны одинаково понимать процесс обучения. Педагог может быть с огромным опытом, но, если он учит другому в отличие от нас, то мы не сработаемся. И в то же, человек с небольшим опытом в преподавании, но разделяющий наши позиции и готовый обучаться, станет частью коллектива. Главное – совпадение театральных религий!

Что важно в выборе репертуара для детской аудитории?

Материал должен выводить ребёнка на новый уровень, быть ему по плечу, давать рост человеческий и актёрский. Задача любой работы, прежде всего, педагогическая, а не творческая. Если бы мы ставили на первое место творческую задачу, дрессируя ребёнка, подавляли бы в нём личность, усиливали зажимы и комплексы. А нам надо избавляться от этого. Очень важно помочь ребёнку раскрыться!