ИТАЛЬЯНСКИЙ ПРОЕКТ ТЕАТРА «ПОСТСКРИПТУМ»  (Часть 4)

06.01.2015

Город Флоренция, хотя расположен ближе к северной части Италии, почти не знает зимы и даже осени в привычном нам «русском» смысле. Начало ноября – один из самых очаровательных сезонов, когда, если Вам повезёт, за пару недель можно наблюдать и прожить как бы год в миниатюре. На первую декаду месяца нередко приходится тот бенефис средиземноморского солнца, который мы в России назвали бы «бабьим летом», в Америке оно же звалось бы «индейским», а тут на полуострове, вытянувшемся от центра Европы в сторону Африки щегольским сапожком, это «лето святого Мартина» – в память легендарного всадника-христианина, располосовавшего мечом свою роскошную дворянскую мантию, чтобы укрыть ею нищего, замерзающего на дороге. Время щедрости людей и природы, праздников урожая и созревшего «молодого вина» (по правилам виноделия, за которыми неукоснительно следит государство, его необходимо пить свежим, сезонным, – остатки только вылить или пустить на уксус, а хранить и продавать дольше отведённого срока – запрещено). Забавно, что первый день появления молодого напитка – нередко совпадает с днём рождения нашего друга Пиппо.

Кажется, не истёрся из совместной исторической памяти век, когда, вопреки отсутствию современного транспорта или средств связи, Италия казалась намного ближе и доступнее из России, почти как писательская дача, дом творчества композиторов или художников за окраинами Москвы с Петербургом. По одну сторону Дворца Питти (о котором мы уже однажды упоминали), через улицу от его фасада – мемориальная табличка на здании оповещает, что именно здесь Достоевский трудился над историей князя Мышкина. По другую – за садами Боболи – две извилистые линии круто поднимающихся пригородными холмами улочек: одна мимо домика Галилея и Форте Бельведере, вторая от бывшего королевского манежа с Институтом Искусств – пересекаются на углу виллы Чайковского, на стене которой ещё более поэтичная надпись повествует о том, как долины и виноградники Тосканы вдохновляли русского гения музыки. На подходах к этой вилле – на протяжении 90-х мы наблюдали ещё одну необъяснимую, почти мистическую примету: возможно, это лишь болезнь почвы или деревьев, но улица неизменно и круглогодично оказывалась выстлана опавшей жёлто-красной листвой, при том, что этакой «русской осени» в Италии не встретишь больше нигде или почти никогда, в средиземноморье – флора главным образом вечнозелёная… Окружают Флоренцию также виллы иных знаменитых российских семей, и нет такого кладбища, даже в нишах стен и полов самых известных церквей и монастырей, где бы не встретились нам имена соотечественников и соотечественниц.

Солнце этого ноябрьского «лета» – снова бывает жарким, но день его короток. Как и в привычных нам широтах – длительность прохладных ночей до предрождественского срока продолжает расти, закат расцвечивает облака всё в более ранний час. Но и в этом своём свойстве – сезон совершенно уникален и фантастичен для фотографов и живописцев. Низкое дневное светило подсвечивает итальянские горы, холмы, архитектуру – словно театральная рампа или прожектора киностудии. А стоит взобраться по скалам, посетить горные крепости, селения и монастыри, как вечерние облака могут запросто оказаться под ногами, окружить вершины и строения, башни и купола словно пенистым морем – и заход солнца обернётся симфонией света, цвета и движения широтой в горизонт, неповторимого с каждой новой секундой и неподражаемого ни для каких «лазерных» шоу. Причём это случится ещё задолго до закрытия музейных дверей, а на обзорных площадках, где туристическим летом бы толпились зеваки, Вы вполне можете оказаться в благоговейном одиночестве…

Но вот промелькнут эти дни и «плащ святого Мартина» утеряет магическую силу, придётся достать из чемодана собственный дождевик и свитер. Впереди – дождливый декабрь (собственно, это и есть «зима» по-итальянски: снег тут привычен только для обступающих с севера Альпийских высокогорий, а про «мороз» градусов в 10 – если такой однажды случится – флорентийцы будут вспоминать ещё пару десятилетий и показывать обмороженные «шрамы» на оливковых деревцах). А уже к середине января – в права может вступить весна и днём опять согреет даже рубашка. Да только – к чему нам дожидаться тех декабрьских капризов погоды? Ведь уже с середины ноября, едва «лето Мартина» останется позади, Вы почти без промедления обнаружите себя – в «рождественской сказке»! Украсятся ёлками и сияющими гирляндами на всякий вкус центральные площади, улицы и фасады. Откроются рождественские базары и распродажи. Именно так – в две-три недели последнего месяца осени – может вместиться путешествие «из лета в зиму», из одного чудесного праздничного сезона – в другой.

Жаль, что на протяжении десятилетия ежегодных контактов с Италией – этот месяц очень нечасто нас сумел туда заманить. Ведь на него приходится и самый разгар творческого сезона в Москве, круговерть репертуарных забот, репетиции, набор в театральную студию, премьеры… В основном все проекты и путешествия приходилось отдавать на откуп августовскому пеклу, когда лично я в Италию вряд ли стремился бы даже на обжигающий пляж, не то что «трудиться». Но что поделать? Таков график жизни у «работников сцены», да и, впрочем, Италия того стоит – во всякий сезон! И всё же с первой поездкой – считаю, что всем участникам повезло.

Но чтобы впервые приподнялся для нас краешек занавеса над этими чудесами – прежде всего многое потребовалось от наших флорентийских друзей, и с ними нам, конечно, повезло прежде всего. Ведь те авантюрные наши усилия как-то возместить отсутствие прожиточных средств для поездки, о которых я расскажу в следующий раз, иначе были бы неизбежно обречены на неудачу. Обидным было бы ничего вокруг не увидать просто потому, что, как и типичные «советские командировочные работники» в прошлом, мы выбирали бы между обедом и ужином, проездом в транспорте или билетом в музей. Или вообще пытались бы ради гостинца домашним – обойтись и без одного, и без другого, и без третьего…